Варшава: Анархо-синдикалисты и борьба за права квартиросъемщиков


Союз синдикалистов Польши (ZSP) начал принимать участие в борьбе за права квартиросъемщиков весной 2009 г., стремясь предлагать движению радикальные идеи.

Как это произошло? Бюро ZSP размещается в одном из очень бедных кварталов, в котором много пришедших в упадок муниципальных домов: в большинстве из них нет отопления, а в 40% даже нет туалетов. Этот район давно стал объектом планов по джентрификации. Члены Союза, которые участвовали в квартальной работе задолго до создания ZSP и издавали местную бесплатную газету, говорили об этих проблемах и старались побудить людей к действию. Однако одна из особенностей Польши в том, что люди подчас начинают действовать только тогда, когда проблема приобретает очень серьезный характер или даже когда уже бывает поздно.

Весной 2009 года люди в квартале, наконец, на своей шкуре ощутили, что происходит. Политика джентрификации стала теперь проводиться уже совершенно официально. Это было результатом сочетания нескольких факторов. Первым была приватизация многих домов, бывших раннее муниципальными, без предоставления квартиросъемщикам какого-либо жилья взамен. В ходе этого процесса тысячи семей лишились жилья. По существу, это основа широкого плана драконовского сокращения общественного жилья. Второй фактор: в конце 2008 года городские власти постановили повысить плату за жилье на 300%, начиная с 2009 года. Все это немедленно сказалось на жителей квартала, чьи дома подверглись приватизации и которые не могли найти жилья на крайне узком и сверхдорогом рынке частного жилья.

В один прекрасный день группа жителей квартала встретилась для проведения протеста у здания. Пришли и члены ZSP. Тут же некоторые из жителей вспомнили, что мы были единственными, кто говорил об этих проблемах. После этого мы с ними создали Комитет защиты квартиросъемщиков.

Самые первые акции комитета были связаны с протестами против повышения квартплаты. Это произошло весной 2009 года. Были самые разные акции протеста и прямого действия. Мы, среди прочего, врывались в кабинет вице-мэра, ответственного за эту политику, захватывали его, требовали, чтобы политики были отозваны и контроль над общественным жильем перешел к самим жильцам. Мы прерывали заседания городского совета шумными, а иногда и бурными протестами. Мы стали проводить консультации для квартиросъемщиков дважды в неделю в нашем бюро. В июле 2009 года нам позвонила женщина, жившая в двух кварталах от нашего бюро: она была в панике, придя домой и обнаружив, что ее выселили. Мы немедленно предприняли акцию, и она имела успех. Так для нас начались и другие действия: вмешательство в конфликты и физическое препятствование выселениям.

Приходили участвовать все новые люди. Некоторые действия смогли помочь людям, обманутым местными жилищными властями. Они оказывались основным источником коррупции в местной администрации и стремились проводить такую политику, чтобы заставить людей потерять жилье и тем самым уменьшить число квартиросъемщиков. В результате многочисленных акций многим людям удалось сохранить крышу над головой: сотни семей смогли удержаться, благодаря постоянному действию, иногда охватывавшему весь дом, которому угрожал снос.  

Иногда местные власти своим безразличием провоцируют несчастные случаи и используют их как предлог для очистки здания, которое затем подвергается джентрификации.  Среди наших акций были и весьма удачные, с участием целых домов, например, захват местной жилищной администрации, которой пришлось закрыться на целую неделю. В результате таких акций был вскрыт ряд случаев коррупции, и многие администраторы-бюрократы и политики лишились своих постов. Самым высокопоставленным чиновников, потерявшим должность в результате наших акций, был один из вице-мэров города.

Наша деятельность быстро стала широко известна по всей Польше и послужила примером для людей в других городах с теми же проблемами. Во Вроцлаве, где ZSP также проводи встречи в районе, подверженном джентрификации, товарищи решили создать аналогичную организацию – Действие квартиросъемщиков.

В самом конце 2009 года мы сделали нечто, что помогло десяткам тысяч людей. Правительство, в обход обычной процедуры, попыталось внести важные правки в законодательство, которые должны были полностью идти на пользу земельным и частным собственникам и нанесли бы серьезный ущерб правам квартиросъемщиков и арендаторов. По существу, многие важные права были бы просто отменены. Причиной, по которой общественность ничего не знала об этом, было то что жилье контролируется Министерством инфраструктуры, а эти изменения в правах съемщиков были украдкой протащены в акт о «свободе экономической деятельности», составленный Министерством экономики. Он рассматривал жилье как экономическую деятельность землевладельцев, а права съемщиков – как помеху для бизнеса.

К счастью, за день до внесения проекта, один человек из министерства поделился с нами информацией. Так что мы всю ночь составляли юридическую и социальную оценку этого акта, указав на ряд юридических противоречий и эффектов. И мы вручили ее в ходе процедуры, когда организации могут высказать свое мнение. Такая процедура в Польше – чистая ерунда, и обычно на это никто не обращает внимания. Но на сей раз это произвело большое впечатление на парламентариев и заставило их озаботиться. Наше мнение подверглось обсуждению, и правительство заставило министерство отозвать акт. Следует также добавить, что множество людей отправило возмущенные письма в парламент с нашей Интернет-страницы.

Развернулась и другая деятельность, которая временами приобретала проблематичный характер. Дело в том, что Комитет был одним из всего нескольких общественных организаций, выступивших с низовыми протестами и способных оказывать нажим, используя юридические аргументы одновременно с социальными аргументами о необходимости смены политики. Мы даже впервые сумели остановить приватизацию одного из домов. Причина, по которой это было проблематичным, несколько сложна. Ее можно понять, лишь зная принципиальные идеи и методы ZSP.  

Главной целью ZSP в этом движении была активность в самоорганизованном низовом движении: создание ассамблей дома и квартала, проведение акций прямого действия и выигрывание конфликтов, работа по принципам, в которые мы верим, привлечение людей к самоорганизации и выдвижение лозунгов народного контроля, с отказом от политических решений. Мы не против того, чтобы иногда использовать юридических средства, такие как судебный процесс, если они позволяют выиграть конкретный конфликт, необходимо юридически разрешить проблему собственности и т.д. Но мы не легалистская организация и всегда подчеркиваем самоорганизацию и действие. Однако проблема была в том, что несколько членов ZSP умели обращаться с законами так, как мало кто умеет в этой стране, и нам приходилось вести эту очень сложную юридическую работу. Приоритетом оставалось юридическое просвещение съемщиков, но сложное польское законодательство на высшем уровне по-прежнему оставалось доступным лишь немногим. Это стало одной из причин того, что члены ZSP все больше и больше настаивали на том, чтобы квартиросъемщики сами формулировали свои требования. Но мы живем в типичном «пост-коммунистическом», атомизированном обществе, где социальные движения редки и крайне иерархизированы. Многие люди просто ищут лидеров – тех, кто что-то для них сделает, людей, которые являются профессионалами в какой-либо деятельности и обычно используют ее ради политической карьеры или денег от какой-нибудь политической партии. Когда наша деятельность начала приносить успех, мы стали сталкиваться с появлением таких оппортунистических подонков, пытающихся сплотить движение квартиросъемщиков вокруг себя, на основе совершенно иных, чем у нас,  принципов.

В результате, члены ZSP в комитете решили проводить больше публичных ассамблей и распространять такие идеи, как отстранение местной администрации, замена жилищной администрации народным, квартальным контролем квартиросъемщиков, самоуправление ломов и т.д. И проводить больше радикальных акций.  

Мы начали проводить митинги в различных кварталах, и многие люди стали подхватывать эти идеи. Однако некоторые в комитете несколько сдержанно отнеслись к нашему намерению призвать к забастовке квартиросъемщиков Варшавы. Мы знали, что акция не сможет стать массовой, и городские власти попытаются запугать людей и репрессировать их. Из-за таких колебаний со стороны комитета и давления со стороны других организаций квартиросъемщиков города, которые почти публично осудили идею забастовки, мы, в конце концов, согласились с комитетом в том, что стачка будет объявлена ZSP, хотя люди из комитета приняли в ней участие, а некоторые из них бастуют до сих пор.

Это трудное решение – стачка, осужденная другими организациями еще до ее объявления. Но было некоторое количество известных нам людей, которые просто не могли платить за свое жилье, и это было способом открыто заявить об их ситуации. Им нечего стыдиться, что у них мало денег – они участники политического акта. Однако мы получили подтверждение от примерно 250-300 семей, заявивших, что они бастуют. Распространить акцию было трудно. На самом деле, даже некоторые из тех, кто забастовал, не хотели объявить об этом открыто, из страха перед репрессиями. Очевидно, в Польше нам еще предстоит проделать долгий путь, прежде чем научиться делать такие акции. Теоретические рассказы о том, как это делается в других странах, мало помогают. Ведь люди не знают, как приступать к акциям в такой социальной ситуации, какая существует у нас в Польше. В некоторых странах такие вещи, как те, что происходит сейчас в Польше, вывели бы на улицы сотни тысяч бунтующих людей. В Варшаве же десятки тысяч людей потеряли крышу над головой, но нам никогда не удавалось добиться возникновения массового движения: обычно на улицы выходят по нескольку сот человек. Но мы понимаем, что надо с чего-то начинать, а достигнутые нами конкретные успехи поддерживают жизнь прямого действия, пусть даже мы не можем проводить более крупные акции. Помимо Варшавы, некоторые люди во Вроцлаве бастовали в другой форме: платили за жилье по старым тарифам, а не по новым, установленным частными землевладельцами. В Варшаве некоторые также прибегли к такой акции. Мы также консультировали людей насчет того, как они могут юридически сопротивляться повышениям платы. Однако это удается только если владелец разом слишком сильно повышает эту плату.

В дальнейшем мы провели множество акций: анти-выселения, акции прямого действия против землевладельцев и спекулянтов, захват офиса мэра и т.д. Однако проведение акций – довольно опасное дело, если они направлены против землевладельцев и спекулянтов, поскольку худшие из них принадлежат к тем, кого мы называем реприватизационной мафией. И они на самом деле мафия. За противостояние одному из них наша коллега была убита, сожжена заживо. Это создало для нас новую проблему: терроризма. Этот акт, к сожалению, отпугнул от движения некоторых людей. 

Мы можем также сказать, что квартиросъемщики квартала и ZSP в Варшаве в какой-то мере интегрировались друг с другом, иногда мы консультируем людей по трудовым вопросам, или люди начинают интересоваться другой деятельностью ZSP. Множество людей каждый месяц приходят в бюро Союза синдикалистов – множество людей из квартала со своими проблемами. Они берут и читают наши материалы, заходят на нашу страницу в Интернете и могут приходить на пикеты по различным темам. ZSP также участвует в различных сторонах жизни квартала, например, в акциях против полицейских репрессий, расизма, в связи с определенными аспектов экологической или градостроительной политики, спорами вокруг общественного здравоохранения и образования, доступа к больницам и школам и т.д. Так возникают такие ситуации, как. например, с угрозой сокращения больницы, где работает один из основателей комитета: мы поговорили с работниками, с местными жителями, провели ряд акций и сумели оказать давление на власти с тем, чтобы те нашли деньги на больницу. Все эти вещи помогают выстроить, по крайней мере, небольшую местную активность, столь отчаянно необходимую в нашей весьма трудной социальной ситуации.

В конце 2011 года появилась новая волна терроризма против квартиросъемщиков, особенно в квартале вблизи помещения ZSP в Варшаве. Это был поджог. За ночь поджигались десятки домов. Людские жизни оказались под угрозой. Все это было делом рук спекулянтов недвижимостью. Однажды ночью были подожжены три дома на расстоянии 200 метров друг от друга, включая дом, в котором жила упомянутая коллега, одна из создателей комитета. Перед этим домом мы все вначале и собирались. В доме были дети, старые женщины в инвалидных колясках, которые не могли выйти сами, и т.д. Так что нам пришлось предпринять свои действия. Мы сформировали ночные патрули в квартале, вполне определенно пригрозив поджигателям, что с ними будет, если мы их поймаем. Нечего и говорить, что пожары прекратились.

Наконец, несколько слов о нынешней ситуации. К сожалению, мы столкнулись с вполне конкретными проблемами, созданными социал-демократами, либералами, политиками и т.п. – теми, кто хотел бы либо использовать движение, либо разрушить его или взять под свой контроль. Комитет всегда давал политикам от ворот поворот. Партии приходили и пытались перехватить все, инфильтрироваться в наши ряды и даже заслать к нам своих членов. Даже известным членам ZSP, о чьих атаках на политиков все знали, предлагали местечко в избирательных списках партий – подобную наглость мы, разумеется, отвергли. Это привело к конфликту между ZSP и партиями, а также к конфликту с левыми и либеральными группами. Ведь все они – партийные проститутки. Даже некоторые люди, называющие себя анархистами, втянулись в это дерьмо, особенно те, кто называют себя «альтернативными синдикалистами». Комитет понимает, как политики пытаются использовать людей, отвергает любых политиков и старается быть строго независимым от них.

Политики пытались использовать и другие организации квартиросъемщиков города. Две из них – это просто левые проекты, в которых мало съемщиков, вообще мало народу, но они пытаются выступать как представители жильцов. С одной стороны, иногда имело смысл соединять свои усилия с ними, но в другое время мы отказываемся иметь с ними что-либо общее. К примеру, у них были свои планы организации демонстрации в День квартиросъемщиков: они позвали политиков, леваки выступали с долгими речами, раздавали людям майки, сфотографировались и разошлись по домам.  Поэтому мы сделали отдельную акцию, пройдя по домам, где люди могли сами рассказать о ситуации и где организация создается самими квартиросъемщиками, со множеством людей, пришедших их поддержать. Тут леваки выступили со своими догматическими обвинениями, что мы, дескать, «раскалываем» людей, хотя ходить за ними, как глупая овца за пастухом – это не только бесполезно, но и попросту вредно для движения.

Рассказывая сказки о том, как они строят движение, лидеры некоторых левых групп обходят своих социал-демократических друзей в Польше и за рубежом, выпрашивая деньги на профессионализацию своей работы. Партия «Левые», Фонд Розы Люксембург и т.п. в Германии всегда были активным источником финансирования левых политических шарлатанов, которые на эти деньги организуют встречи с левыми социал-демократическими политиками и пытаются создать им отклик и электорат. Многие и сами идут в политику. В рамках такой политической проституции, одной из таких организаций были обещаны сотни тысяч евро. Деньги были от одной из неолиберальных партий, чей лидер был арестован за спекуляцию недвижимостью.  Конечно же, такое финансирование прямо нацелено против низовых организаций, которые не участвуют в политике. Комитет защиты квартиросъемщиков существует на средства самих участвующих жильцов; многие из них очень бедны, пенсионеры или живут в бедности. Он работает в помещении ZSP и не платит за аренду. ZSP также сам финансирует себя, многие из его членов – бедняки и прекаризованные работники. Это небогатая организация. Следует прямо сказать, что многие проституирующие левые прожигают деньги политических партий, а псевдоальтернативные синдикалисты получают деньги от Сороса и других фондов, отчитываясь о движении, хотя их организации ничего не могут делать для съемщиков и даже посылают людей к нам на консультацию.  

Так что есть целый ряд проблем с «единством действий». Да, мы можем пойти вместе на одну демонстрацию за права квартиросъемщиков, но цель этих организаций – продвинуть нескольких карьеристов-леваков в лидеры организаций, чтобы они сделали политическую карьеру на ответственных постах: в качестве либо  официальных представителей администрации, либо неформальных представителей, получающих гранты. Быть может, у нас одни и те же требования (тоже не всегда!), но этого недостаточно. Для ZSP это всегда было неприемлемо. И эти проблемы сейчас весьма серьезны.  

Пару лет назад мы пытались составить общие требования всех групп квартиросъемщиков, но все это сразу кончилось, когда некоторые «лидеры» ушли в политику, а те съемщики, которые оказались настолько наивными, чтобы поверить в их намерения, были ими обмануты.

Комитет правильно отреагировал на эти процессы. Но политики не идиоты. Они прекрасно знают, какие организации – серьезные, опасные, организованные и радикальные, а какие можно купить идеями насчет социального партнерства, переговоров,  дискуссий и т.д.

Городские власти, несомненно, больше всего боятся нас и озабочены нашими действиями. Мы поднимаем уровень радикализма в народе до масштабов, неизвестных со времен чрезвычайного положения 30 лет назад. Иными словами, на протяжении всей эры с момента достижения «свободной и демократической Польши» город не видел социальных движений. Время от времени происходили крупные демонстрации анархистов (некоторые из них – при участии людей, которые создали ZSP), рабочих (крупнейшие – опять таки при участии людей, вступивших в ZSP). Но никогда не было чего-либо, подобного этому, что еще и носило бы более длительный характер. Как мы знаем, стратегия городских властей состоит в том, чтобы найти «мягких» представителей квартиросъемщиков.  Даже если придется их купить, в буквальном смысле слова.  

Все это, разумеется, составляет проблему, поскольку, в конечном счете, движение квартиросъемщиков может быть хаотичным. Активные его участники могут меняться. Иногда людям нравятся наши идеи, иногда нет. Те, кто с ним контактируют дольше, рассчитывают на себя и знакомы с подобными трюками и манипуляциями. Они не доверяют политикам и не верят в то, что проблемы можно решить с партиями. Они знают о политиках, которые могут идти с вами, но заинтересованы только в том, чтобы не дать вам протестовать. Но иногда у людей есть свои проблемы, и они боятся прямого действия или предпочитают его не применять. Они могут быть обмануты этими политиками. Или левыми лидерами, которые обещают им «легкий» путь: доверить им представлять себя.

В 2012 году городские власти решили разыграть спектакль дискуссий с организациями квартиросъемщиков. В целом, нам это процесс не нравится. Приходят левые лидеры или социологи и ведут переговоры с городскими властями от имени людей, как их политического субъекта. Вместо общих собраний квартиросъемщиков, которые выдвигают требования и добиваются их путем самоорганизации и прямого действия.  Городские власти сразу же начали манипуляции, так как знали, что мы о них думаем. Когда мы пришли и поговорили с ними, то принесли очень жесткие требования и сказали: мы хотим вот этого, сделайте это, иначе… Речь идет не о том, чтобы разговаривать, питая иллюзии, будто мы – социальные партнеры. Когда реформисты и леваки попытались начать эти игры, мы оказали нажим, чтобы продолжить радикальные прямые действия, и критиковали иллюзии. Городские власти сперва вообще не хотели разговаривать и сказали группам квартиросъемщиков, что будут вести с ними переговоры только если мы тоже придем, поскольку мы – самая значительная и крупная группа. Затем пошла другая история: власти заявили, что будут вести переговоры только если мы НЕ придем. Они очень обозлились на нас после одной из смелых акций прямого действия и использовали это как предлог для очередного изменения условий переговоров.   

В конце концов, мы поняли, какой правовой риск для съемщиков представляет эта группа людей, которая не имеет надлежащего списка требований, связанных с реальной ситуацией, а некоторые из которых в прошлом заключали весьма негативные соглашения с городскими властями. Поэтому, учитывая высокую степень вероятности того, что городские власти обманут всех на этот счет, мы пришли, к большому недовольству этих властей. Потому что на самом деле, некоторые из «представителей» имеют мало практических знаний о происходящем и могут сидеть на протяжении всей встречи молча или в растерянности, не имея возможности ответить на всю ту чушь, что обрушивает на них армия городских юристов. Квартиросъемщики, пришедшие от комитета, поставили власти в очень трудное положение и не желали компромисса.

Весь этот эпизод достаточно неприятен, но мы сочли его необходимой мерой самообороны против атак на наше движение. В настоящее время леваки сотрудничают с различными политиками, которые пытаются провести идиотские идеи, будто бы у города нету квартир для расселения людей и что нужно выдать людям ваучеры на то, чтобы они снимали жилье у землевладельцев. Они распространяют всевозможные идеи насчет развития частного рынка жилья с использованием государственных средств. Но благодаря деятельности комитета, мы смогли навязать несколько изменений в городской политике. Однако они оказывают положительное влияние лишь на некоторые категории людей, не меняя ситуации в целом. В этом отношении у нас нет иллюзий: городские власти не желают ничего менять реально и стремятся только разделить людей и сбить их радикализм. И у них это получается.

Мы сейчас размышляем над тем, что делать с этими вещами, как повернуть это вспять. Социальный вызов огромен. Люди в Польше весьма право настроены и враждебны идеям вроде наших. Удивительно вообще, что нам удается делать так много и что мы вообще имеем поддержку. Ясно, что в последующие месяцы мы вернемся к идеям присоединиться к различным социальным темам в квартале, но нам следует и концентрироваться на главной деятельности ZSP — рабочем движении. Рабочее движение очень, очень слабо; нас, активистов, немного, и мы боремся за выживание. Так что мы стоим перед вызовом: как преодолеть все эти вещи, которые сказываются на нашей работе.  

Если вам интересно прочитать больше о движении, то есть много новостной информации на английском на бывшем англоязычном блоге варшавского ZSP:  www.zspwawa.blogspot.com. Мы опубликовали также ряд фотографий и видео: некоторые из них посвящены акциям, и для их понимания не обязательно знать польский язык.

Вот, например, видео о том, как мы пришли в городской совет и прервали его сессию: http://lokatorzy.info.pl/lokatorzyprzerwalisesjeradymiasta/

А вот как выглядит, когда мы блокируем выселения: http://lokatorzy.info.pl/eksmisjanabruknazoliborzuskuteczniezablokowana/ (Правда, теперь полиция стала использовать против нас силу, так что это выглядит иначе)

Локальная акция и блокада улицы: http://lokatorzy.info.pl/lokatorzyzablokowaliskrzyzowanietargowejisolidarnosci/

Захват административного офиса: http://lokatorzy.info.pl/fotkizokupacjizgn/

 

Местная акция (без политиков!): http://lokatorzy.info.pl/dzienlokatora-2011/

 

Л.А., ZSP, Варшава

 

Перевод: КРАС-М.А.Т.

Источник.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Solve : *
8 + 3 =